В шестом классе на уроках труда я смастерил табуретку. Она мне тяжело далась. Все, за что я ни брался, ломалось или выходило из строя. Наш учитель Иван Романович часто орал на меня: "И откуда руки у тебя растут?! Нежнее нужно, спокойнее. Сколько досок перепортил!" В конце концов, когда я ее все-таки закончил, он буркнул: "Ничего, стоять будет. Твердую "четверку" заработал. Неси домой, хвастайся матери". И я понес. Мама обрадовалась: "Мы ее покроем лаком и поставим на нее наш фикус".

Старого дома, в котором я рос, давно нет. И фикуса уже нет, но табуретка осталась. Мама приспособила ее под большой глиняный горшок, где у нее круглый год стоят цветы: зимой сухие, остальное время - живые, из собственного сада. На уроках труда под незлобное ворчание нашего трудовика мы пилили, строгали, паяли, выжигали, точили. Именно тогда я понял, что значит сделать вещь - пусть самую простенькую - своими руками. Она становится для тебя родной, близкой. Для меня получить "пятерку" по труду было гораздо важнее, чем написать на "отлично" сочинение или без черновика решить сложную математическую задачу.

Трудовое обучение в советской школе ругали: мол, монотонное, не развивает творчество, направлено на формирование автоматических трудовых навыков. Таким оно и было, если учитель сам не был творческим человеком. Все мы делали табуретки. Но каждый свою, по своему собственному чертежу. Пусть моя табуретка была далека от идеала, зато не похожа ни на одну другую. Она была моей....